Иванющенко оставили без руды

Из-за протестов жителей Запорожской области Гайчурский ГОК лишился лицензии на добычу

 Запорожский облсовет отозвал разрешение на разработку Гуляйпольского месторождения железных руд, выданное в конце прошлого года Гайчурскому ГОКу. Причиной отмены решения о выдаче лицензии стали протесты местного населения, опасающегося ухудшения экологической обстановки с началом добычи сырья.

 В конце декабря прошлого года местные власти – облсовет и райсовет – согласовали разрешение на пользование недрами, выданное ООО «Гайчурский ГОК». Предприятие через сеть офшорных компаний контролируют жена и дочь народного депутата Юрия Иванющенко. В прошлом году сын Иванющенко Арсен стал совладельцем компании «Евро Финанс», которая планирует заняться строительством электросталеплавильного завода в Киевской области. Иванющенко-старший не ответил на запрос Forbes о планах по добыче сырья в Запорожской области.




Фото Анна Наконечная/Forbes

 Местные жители встретили решение властей в штыки. По данным пресс-службы обладминистрации, изначально инициаторами отмены разрешения на добычу выступали отдельно друг от друга фракции Компартии Украины и ВО «Батьківщина». В начале апреля на центральной площади Гуляйполя прошел митинг, где собралось около 4 тысяч человек, которые протестовали против промышленной разработки месторождения.

 Категоричность местных жителей, по словам замдиректора Гайчурского ГОКа Евгения Щербины, подогрели слухи о том, что предприятие займется добычей урановых руд вместо железных. «Инвесторам необходимо проводить опережающую экологическую экспертизу объекта и информировать общественность о ее результатах, – поясняет завотделом геологии полезных ископаемых Института геологических наук НАН Украины Леонид Галецкий. – Например, в Турции началась разработка циркон-титанового месторождения вблизи курортной Анталии, и там в ходе диалога удалось снять конфликтные вопросы».

 Это не первый случай, когда протесты населения становятся препятствием для Greenfield-проектов по добыче. 9 апреля Житомирский облсовет под давлением местных жителей отменил свое решение о предоставлении «Житомирбурразведке», дочерней компании НАК «Надра Украины», права на добычу Злобичского месторождения титановых руд. В прошлом году, из-за протестов жителей донецкого поселка Володарское, местный облсовет отменил решение о предоставлении Азовского циркониевого месторождения в пользование ООО «Азовское рудоуправление». Компания, по информации «Деловой столицы», имеет отношение к Сергею Момоту, владельцу донецкого холдинга «Данко».

 Гуляйпольское месторождение, находящееся на территории Приазовского железорудного района, не впервые вызывает интерес у крупного украинского бизнеса. В 2004 году лицензии на разработку участков Гуляйпольского и Васиновского месторождений получило ООО «Индустриальная группа – Магнетит», близкое к корпорации ИСД. Однако вскоре у этой компании сменился собственник. Вместо Сергея Таруты разработкой запорожских недр решила заняться «Донецксталь» Виктора Нусенкиса.

Я не думаю, что сегодня в Украине кто-то располагает деньгами, за которые можно построить полномасштабный ГОК
 Александр Пилипенко, бывший вице-президент консорциума «Индустриальная группа»

 Лицензии были проданы из-за ожидаемых сложностей с добычей, рассказал бывший вице-президент консорциума «Индустриальная группа» Александр Пилипенко. «Стартовые условия для строительства ГОКа там очень тяжелые, – объясняет Пилипенко. – Рудные залежи уходят под населенный объект, к тому же для начала работ необходимо было переносить железную дорогу и высоковольтные линии электропередачи».

 По его оценке, только для того чтобы приступить к строительству, надо было потратить около миллиарда гривен. «Я не думаю, что сегодня в Украине кто-то располагает деньгами, за которые можно построить полномасштабный ГОК», – отмечает Пилипенко. Пресс-служба «Донецкстали» в письменном ответе сообщила Forbes, что группа пока не намерена разрабатывать железорудные месторождения ввиду сложной ситуации на металлургическом рынке.

Андрей Самофалов, Forbes

Победа на угольном фронте

Саша Янукович выгнал из Украины последнего строптивого угольного барона — директора «Макеевугля» Станислава Толчина. Следующий на очереди — Виктор Нусенкис.


«ОРД» продолжает разбираться в теме бизнеса старшего сына Виктора Януковича Александра. Ранее мы писали о том, что подконтрольная Александру Викторовичу структура ДРФЦ — бывшая компания Эдуарда Прутника, стала фактическим монополистом по перепродаже угля добываемого на государственных шахтах Донецкой области. Еще в апреле по линии Министерства энергетики директорам угольных шахт пришел устный приказ — встретиться с представителями ДРФЦ и начать отгрузку этой компании всех добываемых углей. Схема ДРФЦ была фактической цитатой схемы «РосУкрЭнерго», повторенной в донецких мастштабах: ДРФЦ покупало уголь у шахт по государственной цене, обогащало и перепродавало по частной цене. Примерная разница цен на тонне угля составляла около 600-800 гривен. В своей летней статье мы писали, что ДРФЦ чудесным образом выиграла в общей сумме миллиардный тендер на поставку угля для украинской энергетики.

А буквально на прошлой неделе людям Александра Викторовича удалось дожать последнего независимого угольного барона Донбасса — бессменного директора объединения «Макеевуголь» Станислав Толчин. Сейчас, после многочисленных обысков в его родном объединении, Толчин проходит лечение в Израиле. И как говорят донецкие знакомые автора, представители ДРФЦ передали ему, чтобы в Украину он не возвращался. Иначе – уголовное дело. Бумаги на Толчина уже попали в Генеральную прокуратуру, которая по словам знающих людей даже успела провести досудебную проверку, выявить многочисленные нарушения допущенные Толчиным и отчитаться о готовности возбудить уголовное дело по первому звонку.

Формально обыски на «Мавеевугле», прошедшие полторы недели назад, касались финансовых нарушений. Всего за несколько проверок КРУ на Макеевугле были выявлены нарушения на миллиард 823 миллиона гривен. «В частности, установлены операции, проведенные с нарушением действующего законодательства, которые привели к потерям в целом на 317 миллионов 500 тысяч гривен, изних: Нецелевое использование бюджетных средств — 7,3 миллиона гривен; Излишне получено бюджетных средств — 110,2 миллиона гривен; Недостачи материальных ценностей — 3,8 миллиона гривен; — Уничтожений (порчи) материальных ценностей — 173 миллиона гривен; операций, проведенных с нарушением действующего законодательства, которые не привели к потерям, в целом на 374,8 миллиона гривен, из них оплата за государственные средства стоимости товаров, работ и услуг без проведения тендерных процедур — 373,8 миллиона гривен; недополучение финансовых ресурсов на 48,2 миллиона гривен, другие нарушения финансовой дисциплины на 1 миллиард 71 миллион 500 тысяч гривен, из них получение ГП «Макеевуголь» доходов от реализации продукции без наличия лицензии на добычу полезных ископаемых из месторождений, имеющих общегосударственное значение, – 1 миллиард 45 миллионов 300 тысяч гривен. Вследствие выявленных нарушений нанесен ущерб государственному бюджету на 117,5 миллиона гривен, ГП «Макеевуголь» — 312 миллионов 300 гривен, работникам ГП «Макеевуголь» — 46,1 миллиона гривен. Ответственными за финансово-хозяйственную деятельность за период, по которому проводилась проверка, были генеральный директор Толчин С.М. и главный бухгалтер Иванеев В.В», — такие вот нарушение выявило КРУ в ходе прошлогодней проверки на Макеевугле. И скорее всего обвинения в адрес Толчина не были высосаны из пальца. В цикле статей «Угольный «Наполеон» Станислав Толчин или почему так бедно живут шахтеры?» ОРД рассказывал о царских замашках скромного руководителя государственного объединения. В том числе о шикарном автопарке Толчина. «Знаменит Станислав Марксович своими машинами и наручными часами. Об этом уже писалось даже на «Украинской правде». Цитата: «В гараже Станислава Толчина, на сегодняшний день, по данным ГАИ, стоят: три автомобиля MERSEDES-BENZ, плюс RANGROVER, JAGUAR и HAMMER H2. По оценкам экспертов стоимость этого автопарка превышает сумму 500 тыс. долларов США. Не стесняется Станислав Толчин и своей страсти к коллекционированию часов от ведущих европейских производителей. Недавно на макеевском генерале красовались часы BOVET, стоимость которых превышает 250 тыс. долларов США…». Добавим от себя, что с момента выхода этой публикации прошел год. И за это короткое время парк толчинских лимузинов пополнился еще двумя моделями: Ferrari и Bentley. Машины он называет «недельками» и меняет их, как трусы: по одной на каждый день недели. Дескать, два дня подряд он «повторять» машину не может. Не царское это дело. Какого «коня» выкатить из гаража определят по… настроению. Скажете, у многих отечественных миллионеров схожие замашки? Не согласны. Миллионеры тратят СВОИ деньги. А Толчин – государственные. Кстати, вопрос на засыпку: куда смотрят КРУ, прокуратура и другие компетентные органы, кому положено вести учет казенным деньгам? Уж не в карман или, простите, в стакан к Толчину?», - писалось тогда в статье на ОРД.

Почему мы так подробно напоминаем об этом всем? Для того чтобы не показалось, что мы вдруг начинаем защищать Толчина. Нет, эпоха капитализма развратила Толчина так же как и прочих красных директоров. Только вопрос вот в чем: борьба ДРФЦ против Толчина — это отнюдь на борьба добра со злом. Это противостояние двух группировок, которые в равной степени наплевать на судьбу 20 тысяч шахтеров работающих на шахтах «Макеевугля».

Итак. С чего же начался конфликт Толчина с ДРФЦ? Как говорят знающие люди — скорее всего с вопроса о перераспределении финансовых крох, оставшихся после того как новый монополист подгреб после себя весь уголный рынок Донецкой области. Как мы говорили выше в апреле по государственным шахтам Донбасса пошла разнарядка: работать только с ДРФЦ. Выполнили эту разнарядку абсолютно все директора предприятий. В том числе и Толчин. Крысить у сына президента не отваживался даже он.

Однако дальше, по нашим сведениям, между менеджерами Александра Викторовича и Толчиным начался попросту личностный кофликт.

Дело в том, что глобальная торговля углем, тысячи тонн уходящие на ДРФЦ — все это стало неприкосновенным бизнесом сына президента. Однако зарабатывать себе на второй Бентли (или четвертый Мерседес) на государственном объединении можно было и без прямой торговли левыми объемами угля. Дело в том, что «Макеевуголь» — это 9 угольных шахт, 13 сопутствующих предприятий и даже целых 5 санаториев. Ранее «ОРД» уже писал о фиктивных сделках на поставку бетонных плит на шахты «Макеввугля». Всего на закупки материально-технических товаров в месяц госкомпании выделяется до 30 миллионов гривен в месяц: 300-400 миллионов гривен в год, 40-50 миллионов долларов. Которые можно освоить путем закупки товаров и услуг у своих карманных фирм. Так вот, по информации «ОРД» именно за эти деньги последние полгода люди Саши Януковича боролись с Толчиным. Благо угольный генерал, по свидетельствам очевидцев позволял себе крайне непочтительные замечания в адрес руководителей ДРФЦ. Кстати, Толчин все время пытался добиться от ДРФЦ дополнительных выплат на техническое обеспечение работы шахт, формально заявляя сотрудникам компании, что они — инвесторы, пусть и неофициальные. Сами люди Александра Викторовича недоумевали: ведь они пришли на предприятие не для того, чтобы тратить свои деньги, а для того чтобы осваивать деньги бюджетные.

Однако все это — только первая фаза конфликта из-за которого . Вторая фаза еще интересней: дело в том, что контроль над «Макеевуглем» создает возможности не только для эффективного осваивания бюджетных средств. Свой человек в «Макеевугле» может позволить Александру Януковичу начать атаку на одну из старейших донецких ФПГ — «Донецксталь» Виктора Нусенкиса.

Сейчас положение Нусенкиса достаточно шаткое. О чем ранее уже писал ОРД в статье «Уголь погонят налево»: «Существуют признаки того что в конкурентной борьбе за шахты донецкие товарищи могут пустить под нож Виктора Нусенкиса. Позиции совладельца группы «Донецсталь» слабнут из-за затянувшегося конфликта с основным партнером – экс-генпрокурором Геннадием Васильевым. Все лето ушло у Нусенкиса и Орлова на то, чтобы отменить в судах решение ГКЦБФР о прекращении обращении акций «Донецкстали», которое организовал Васильев. Фактически с мая по сентябрь (решение ГКЦБФР было отменено 1 сентября по решению Донецкого окружного суда) акции компаний входящих в «Донецксталь», в том числе и угольных предприятий, находились под арестом. А самому Нусенкису, постоянно проживающему в Москве, было явно не до приватизации шахт. О том, в каком незавидном положении находится Нусенкис, кстати, говорит один интересный факт не из сферы бизнеса. СМИ писали о том, что православный поклонник РПЦ и Патриарха Кирилла летом пытался под руководством Москвы добиться смещения Митрополита Киевского Владимира. Якобы в обмен на бизнес-защиту со стороны Патриарха. Кроме того в бизнес-тусовке активно обсуждаются слухи о том, что люди Нусенкиса подделали подписи Васильева на некоторых документах, что позволило Нусенкису прихватить в свое владение немного больше совместной собственности чем на то рассчитывал Васильев. В общем, по законам волчьей стаи раненый волк должен быть добит. Так что вопрос о том, не падет ли угольная империя Нусенкиса в видовой борьбе с земляками остается открытым».

Каким образом все это связано с «Макееввуглем»? Достаточно интересно. Дело в том, что до 2009 года группа бывших топ-менеджеров «Макеевугля» через госкомпанию контролировало структуру «Мекеевпогрузтранс». Недооценить эту компанию невозможно. Фактически «Макеевпогрузтранс» — это альтернативные «Укрзализныци» сотни километров путей, связывающий шахты и предприятиями угольно-добывающего комплекса со многими донецкими заводами. В 2009 году контроль над «Макеевпогрузтрансом» путем цепочки манипуляций получили структуры Нусенкиса и народного депутата Андрея Орлова, путем цепочки решений судов взяв «Макеевпогрузтранс» в аренду компанией «Макеевпромтранс» на 25 лет. «Макеевпромтранс» провел классическую рейдерскую схему, сначала собрав подписи трудового коллектива за создание «Макеевпромтранса», а потом под видом этого коллектива взяв компанию в аренду. Сам «Макеевпогрузтранс» был в 2006 году выведен из структуры «Макеевугля». Не без помощи тогдашнего гендиректора госкомпании Михаила Нечипора, перебравшегося в этом же году на должность начальника отдела в Министерство угольной промышленности. Сейчас Нечипор, кстати, выполняет роль и.о. Гендиректора «Макеевугля».

В 2009 году министерство уже пыталось вернуть «Макеевпогрузтранс» в состав «Макеевугля». Однако потерпело поражение схлестнувшись с командой юристов Нусенкиса. Сейчас же нравы в государстве стали несколько другие. Особенно в отношении бизнеса, который курирует сам Александр Янукович. Так что не исключено, что в ближайшее время мы увидим как по легкому мановению судейской руки «Макеевпогрузтранс» будет возвращен в состав «Макеевугля». Что это принесет команде сына президента? Очень много. Так как именно «Макеевпогрузтранс» является ключиком к двум крупным заводам Нусенкиса — «Макеевкоксу» и Ясиновскому коксохиму. Именно от должностных лиц «Макеевпогрузтранса» зависит дойдут ли до заводов вагоны с сырьем и будут ли эти заводы работать вообще. Улавливаете? Так что вполне вероятно, что через несколько месяцев мы все увидим продолжение рассказа о том, как одни представители нынешней власти едет других ее представителей.



Саша Серый, «ОРД»

“Донецксталь”: предстояние

Очередной скандал вокруг возможного передела бизнеса еще раз доказал, что в Украине с вопросами собственности нужно разбираться вовремя, не провоцируя сильных игроков, которым могут приглянуться активы конкурентов.

Нынешний конфликт вокруг собственности концерна “Энерго”, правопреемником которого стала группа “Донецксталь”, уходит корнями в 2005 год. Пути бывших партнеров — непубличного донецко-московского бизнесмена Виктора Нусенкиса и бывшего Генерального прокурора Украины, а ныне — народного депутата Геннадия Васильева разошлись еще тогда: Нусенкис прекратил финансирование всех медиаресурсов Васильева и в первую очередь — телеканала КРТ. То, что конфликт сторон, связанный с разделом собственности группы “Донецксталь”, стал публичным только спустя шесть лет, выглядит несколько странно.

Напомним, в октябре прошлого года генеральный директор ЗАО “Донецксталь — метзавод” Александр Рыженков рассказал о том, что компания активно ищет стратегического партнера. Гендиректор уточнил, что приоритет отдается российскому инвестору, и добавил, что решения по инвестору стоит ожидать до конца 2010 года. Не исключил Рыженков и возможность займа в одном из российских госбанков, партнерства с Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) и выпуска евробондов.

Затем спикеры “Донецкстали” взяли паузу, которую держали до мая нынешнего года, когда в ходе седьмой ежегодной конференции Института Адама Смита “Украинский инвестиционный саммит” в Лондоне (15-18 мая) группа раскрыла активы. Цель презентации очевидна — реструктуризация бизнеса завершается, понятная структура собственности приближает владельцев к ресурсам, необходимым для развития: будь-то поиск стратегического партнера или выход на рынки капитала.

А спустя несколько дней после презентации в Лондоне — в пятницу, 20 мая, Государственная комиссия по ценным бумагам и фондовому рынку (ГКЦБФР) приняла решении об остановке на год обращения акций двенадцати компаний из “лондонского” списка донецкой группы, среди которых: ОАО “Донецкий металлургический завод”, ЗАО “Донецксталь”, ПАО “Ясиновский КХЗ”, ПАО “Макеевский КХЗ”, ПАО “Шахтоуправление “Покровское”, ПАО “Донецкий электротехнический завод”, ОАО “Винтер”, ЧАО “Племенной завод “Малиновка”, ЗАО “Лизинговая компания “Укринкомлиз”, ЗАО “Красноармейское автопредприятие “Укрбуд” и ОАО “Лактис”.

Сообщество участников фондового рынка возмутило отсутствие официальных комментариев ГКЦБФР, что вызвало поток возмущенных пресс-релизов. “Мы полагаем, что действия ГКЦБФР являются отражением спора между акционерами группы “Донецксталь”, а именно Виктором Нусенкисом и его бывшим партнером, депутатом Верховной Рады Геннадием Васильевым. Согласно информациям в СМИ, последний утверждает, что по-прежнему является совладельцем группы и ведет судебную тяжбу против “Донецкстали”, — сказано в одном из сообщений участников фондового рынка.

“Мы считаем, что сложившаяся ситуация не представляет прямой угрозы для активов Ясиновского коксохимзавода и шахтоуправления “Покровское”, а также не несет в себе причин для пересмотра нами фундаментальных факторов анализа и оценки стоимости данных компаний. В то же время, спровоцированные корпоративным конфликтом действия регулятора фондового рынка однозначно негативно повлияли на настроения инвесторов”, — отметил аналитик инвесткомпании Dragon Capital Александр Макаров.

Лишь спустя десять дней после принятия решения — в понедельник, 30 мая, ГКЦБФР озвучила официальную позицию: 19 мая в ГКЦБФР поступил депутатский запрос, в котором были изложены сведения о корпоративном конфликте на предприятиях, связанных с концерном “Энерго” (другое название группы “Донецксталь”), а также требование приостановить обращение ценных бумаг этих компаний. Вместе с обращением депутата были поданы заявление одного из акционеров и решения суда по данному вопросу. “Причины конфликта на предприятиях и порядок его решения должны быть установлены судом. В зависимости от решений суда, Комиссия будет осуществлять свои дальнейшие шаги”, — говорится в сообщении ГКЦБФР.

На самой “Донецкстали” к ситуации относятся сдержанно и надеются на верховентство закона. В частности, исполнительный директор “Донецксталь — метзавод” Александр Шаповалов в комментариях “УкрРудПрому” заявил, что если решение ГКЦБФР останется в силе, это нанесет имиджевый вред группе и фондовому рынку Украины. “В свою очередь, это отразится на способности привлечения финансовых ресурсов. Но мы надеемся, что данное решение будет в ближайшее время отозвано самой комиссией или отменено в судебном порядке”, — заявил Шаповалов.

Надеются на это и участники фондового рынка. “Данный прецедент (…) подрывает интерес инвесторов к вложениям в акции украинских эмитентов. Мы считаем, что корпоративный конфликт, ставший причиной остановки торгов и резкого обвала котировок указанных акций, разрешится в скором времени, а торги по бумагам будут восстановлены в течение нескольких месяцев”, — сказано в сообщении инвестиционной группы “Сократ”.

Однако есть в этой истории занятная подробность. По информации источника, близкого к “Донецкстали”, автором запроса в ГКЦБФР является народный депутат от Партии регионов, глава подкомитета по вопросам судоустройства и статуса судей Комитета Верховной Рады Украины по вопросам правосудия Дмитрий Шпенов. СМИ считают его человеком Александра Вилкула, нынешнего губернатора Днепропетровской области — до избрания в парламент Дмитрий Юрьевич был помощником депутата Вилкула. Вчера “УкрРудПром” направил вопросы Шпенову относительно его запроса по “Донецкстали”, но депутат их проигнорировал.

Небезынтересна роль в этом конфликте и главы ГКЦБФР Дмитрия Тевелева, для которого участие в корпоративных разборках — не в новинку. Напомним, именно Тевелев отстаивал интересы энергетического бизнеса Рината Ахметова в конфликте с группой “Приват” на “Днипроэнерго” в 2007-2008 годах (с декабря 2001 года по ноябрь 2007 года он был управляющим санацией, а с февраля 2008 года по июнь 2009 года — исполнительным директором ОАО “Днипроэнерго”).

Кстати, ГКЦБФР не смогла в течение целых суток назвать “УкрРудПрому” имени депутата, приславшего 19 мая свой запрос в ведомство с требованием приостановить обращение  бумаг компаний донецкой группы.

Участие в конфликте вокруг “Донецкстали” влиятельных персон, близких самому богатому человеку Украины, демонстрирует, что переделу собственности в нашей стране нет ни конца, ни края. А рассказы о “стабильных правилах игры” и “улучшении инвестиционного климата” — не более чем ритуальное сотрясание воздуха провластными политиками.

УкрРудПром

СМИ не могут разобраться в совладельцах “Донецкстали”

Продолжается конфликт между Государственной комиссией по ценным бумагам и фондовому рынку (ГКЦБФР) и группой компаний “Донецксталь”, вызванный решением регулятора остановить клиринг и обращение акций и облигаций концерна сроком на один год.

Несмотря на то, что с момента решения Государственной комиссии прошло уже более десяти дней, полной ясности в данном вопросе так и не наступило.

Кроме предсказуемых комментариев экспертов фондового рынка, общий тон которых сводится к абсолютному неприятию действий ГКЦБФР, других внятных заявлений, в первую очередь, непосредственно от регулятора, участникам рынка акций предоставлено не было.

До сих пор поступают противоречивые сведения о том, что же послужило причиной, заставившей Госкомиссию пойти на подобный беспрецедентный шаг. Так в решении ГКЦБФР, опубликованном 20 мая в “Ведомостях Государственной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку”, в качестве одного из мотивов указывалось обращение неназванного народного депутата.

Позже директор департамента корпоративных отношений ГКЦБФР, поясняя решения по “Донецкстали”, апеллировал к некоему решению суда, не называя, впрочем, ни сам суд, где принималось решение, ни истца, чьи требования были, таким образом, удовлетворены.

Пока ясно, что в корне конфликта по “Донецкстали” мог находиться вопрос передела собственности и рейдерского захвата либо невнятные предположения и трения между реальными и виртуальными акционерами концерна.

Отдельные интернет-издания (например, “Экономическая правда”) в качестве вероятных совладельцев холдинга называли бывшего главу Донецкой облгосадминистрации Владимира Логвиненко и директора одного из предприятий концерна — ШУ “Покровское” — Леонида Байсарова.

Эти две фигуры, объединяет то, что Владимир Логвиненко в свое время работал на руководящих должностях в системе предприятий “Донецстали”, а Байсаров и по сей день возглавляет ведущий производственный актив концерна.

Но, как отметили в своих комментариях и Логвиненко и Байсаров, несмотря на то, что оба они имели либо имеют опыт работы на предприятиях, входящих в компанию “Донецсталь”, ни тот, ни другой никогда не состояли в числе ее акционеров.

По словам Байсарова, единственным акционером ПАО “Донецксталь”, которого он может назвать, является Виктор Леонидович Нусенкис. Как подчеркивает Байсаров, “опыт прогрессивного директора шахты, грамотного промышленника и антикризисного менеджера Виктора Нусенкиса помог шахте “Красноармейская Западная №1” (ШУ “Покровское”) не только избежать кризиса и обвала производства в конце “лихих” 1990-х, как это случилось со многими другими предприятиями отрасли, но и стать лидером углепрома за счет модернизации и реконструкции шахтного фонда, интенсивного строительства, внедрения новых технологий и проведения в жизнь ряда духовно-нравственных и социальных программ. В данный момент продукция шахтоуправления не имеет аналогов в стране по себестоимости и качеству, а само предприятие по оснащению и масштабам внедрения инновационных решений и технологий”.

Владимир Логвиненко, отрицая свою причастность к числу собственников предприятия, отметил, что других владельцев акций “Донецкстали”, кроме Виктора Нусенкиса, также не знает. По словам Логвиненко, “Виктор Леонидович является основным идеологом, вдохновителем и создателем “Донецкстали”. Именно благодаря его видению отношений человека и производства на холдинге собрана команда высококлассных профессионалов и менеджеров. Что позволило из предприятий, входящих в компанию, сформировать уникальный для Украины православно-промышленный комплекс, где во главу угла поставлена не гонка за сверхприбылями, а создание условий для роста духовности и благосостояния простого труженика. Я знаю компанию “Донецксталь” как первую социально-ориентированную”.

Сразу после конфликта в прессе появилась информация, что к событиям вокруг “Донецкстали” может быть причастен недавний заместитель главы администрации Президента Украины, народный депутат нескольких созывов, экс-вицеспикер Верховной Рады, бывший генеральный прокурор Украины и многолетний прокурор Донецкой области Геннадий Васильев. Но такое умозаключение представляется весьма сомнительным, так как весь его трудовой путь, связанный с госслужбой и широко декларируемые им принципы неукоснительного соблюдения норм православной этики, плохо сочетаются с общей атмосферой конфликта вокруг “Донецкстали”. К тому же маловероятно, чтобы в руках бывшего высокопоставленного государственного чиновника, получающего доходы из госбюджета, мог сосредоточиться пакет акций столь крупной хозяйственной структуры.

Чье же заявление, в таком случае, послужило основанием для действий ГКЦБФР и узнаем ли мы его имя вообще — покажет уже ближайшее будущее.

УкрРудПром